вторник, 12 января 2010 г.

Бюллетень Фонда "Наследие" №12 (116)

«СОЦИАЛЬНО ОТВЕТСТВЕННЫЕ КОРПОРАЦИИ»: ЧЬИМ БОГАТСТВОМ ОНИ РАЗБРАСЫВАЮТСЯ?

Эксперт по проблемам экономической свободы и роста Центра исследований международной торговли и экономики Фонда «Наследие» Дж. Робертс замечает, что во всех ведущих международных компаниях сейчас в большой моде департаменты социальной ответственности корпораций (СОК). Чем же они занимаются? В Азии, Африке, Латинской Америке и других странах мира крупные корпорации часто хвастаются своими проектами по улучшению благосостояния населения. Эти высказывания вызывают вопрос: если они получают большие деньги, почему бы не реинвестировать их для расширения бизнеса или не вернуть их потребителям в виде более низких цен или акционерам в виде дивидендов?
В странах с переходной экономикой, где слабы государственные институты, крупные корпорации используют СОК для получения благоприятствования со стороны местных политиков. Для многих руководителей корпораций в развивающемся мире СОК – это всего лишь способ продвигать свой брэнд и защитить компанию от критики со стороны левых.
В любом случае, реальность состоит в том, что действия в рамках СОК – это только наиболее видимые признаки нарастающей и тревожной тенденции к созданию «частно-государственных партнерств», цель которых – трансформировать капитализм свободного рынка в разновидность корпоративного социализма. По сути, есть опасность, что эти крупные корпорации станут транснациональными, квази-государственными структурами и инструментами осуществления государственной политики. Средства, которые они инвестируют в проекты СОК – это функциональный эквивалент налогов на покупателей. Избиратели не имеют влияния на этот процесс.

СОК: капиталисты, подрывающие капитализм

Широкие задачи СОК отлично изложены на сайте корпорации «Уолмарт», которая является ярким примером американского предпринимательского успеха. Эта компания навязывает 100 тысячам своих поставщиков «индекс устойчивости», утверждая, что он позволяет ей удовлетворять 100 процентов своих потребностей за счет возобновляемой энергии при нулевых отходах и продавать «устойчивые» продукты.
Самая первая категория «индекса устойчивости» - это «Энергия и климат». Она требует от поставщиков «Уолмарта» представлять отчеты об их выбросах парниковых газов для «Проекта раскрытия информации об углеродных выбросах». Судя по всему, руководство «Уолмарта» всерьез воспринимает страшные предостережения экологических алармистов о выбросах СО2, хотя с 1997 г., несмотря на возрастание этих выбросов, глобального потепления практически не наблюдается.
«Уолмарт» игнорирует оценки Фонда «Наследие», что законопроект Уоксмана-Марки об ограничении и торговле квотами на выбросы, который в настоящее время находится на рассмотрении конгресса, приведет к снижению ВВП США на 393 млрд. долларов ежегодно и при этом будет обходиться американской семье из четырех человек почти в 3 тыс. долларов в год. То есть потенциальные покупатели «Уолмарта» потеряют 3 тыс. долларов. Возможно, руководство этой торговой сети верит в то, что цена пиара в отношении «зеленого» имиджа компании перевесит сокращение ее потенциального рынка.

Что скрывается за «честной торговлей»

В 1970-х гг. Международный союз работников производства женской одежды создал запоминающуюся рекламную песенку, призывавшую потребителей «искать на одежде этикетку профсоюза». Эквивалентом этой песенки ХХI века является этикетка «честная торговля». Теперь «Уолмарт», «Старбакс» и многие другие американские розничные сети гордятся тем, что продают товары, например, бананы и кофе, соответствующие социально и экологически ответственной честной торговле. Однако кто решает, какие торговые предприятия честные? «Уолмарт» предоставляет право этого решения неправительственной организации «ТрансФэр США», которая называет себя «единственным независимым арбитром-удостоверителем продуктов «честной торговли» в США и одним из 20 членов Интернационала организаций, маркирующих товары честной торговли».
За этим «Интернационалом» стоят традиционно подозрительные организации: крайне левые, группы антиглобалистов и международные профсоюзные движения. Дальнейшее расследование показывает, что «честная торговля» - это ни что иное как неприкрытый протекционизм, который маскируется «гуманитарными озабоченностями». Деятельность профсоюзов, связанных с «честной торговлей», не отличается транспарентностью.

Отход от главной задачи

Усилия по повышению энергетической эффективности, сокращению отходов и снижению расходов на упаковку можно только приветствовать. Однако бывший министр труда США, ныне эксперт Фонда «Наследие» Элен Чао отмечает, что левые используют решения акционеров для запугивания корпоративных менеджеров с тем, чтобы они приняли более экстремальные стандарты СОК – за счет акционеров.
Действительно, СОК не всегда является благом для прибыльности корпораций, как обещают ее промоутеры. Преподаватель университета Беркли Д. Фогель сообщает, что «Старбакс» и другие известные компании (например, «Ливайc», «Гэп», «Хоул фудс», «Тимберленд» и «Би-Пи») не были в последнее время так же успешны в финансовом плане, как другие, более эффективно управляемые фирмы, например, «Эксон-мобил». Эта компания концентрируется на оптимальных результатах деятельности по выполнению своей основной задачи вместо того, чтобы добиваться известности с помощью СОК.
«Старбакс» и «Уолмарт» должны обеспечивать большую транспарентность в отношении затрат на филантропические проекты, предоставляя больше деталей о ценах на свою продукцию в увязке с СОК, с тем чтобы потребители могли наглядно видеть, какие суммы добавляются к стоимости товара для субсидирования профсоюзов и финансирования искажающих цену договоров с производителями. Тогда они смогут принять для себя решение, стоит ли покупать эти товары.
Б. Эткинс из журнала «Форбс» предлагает хорошую иллюстрацию этого момента. Проверить рынок на социальную ответственность корпораций легко. «Эппл компьютерс» могла бы продавать, к примеру, один iPod за 99 долларов, а другой – за 125 долларов. При этом она могла бы объявить, что дополнительные 26 долларов от цены более дорогого изделия будут израсходованы на такие социальные сферы, как образование, охрану окружающей среды и т.п. Это позволило бы ясно и честно объяснить, как расходуются деньги акционеров, и предоставило бы рынку решать проблему. Если потребители готовы платить дополнительно 26 долларов, голосуя своими кошельками за дело, в которое они верят, это их право.
Вместо того чтобы добиваться пиаровских целей через СОК, корпорациям лучше концентрироваться на своих главных целях – предоставлять потребителям высококачественные товары и услуги по самой лучшей цене и одновременно получать хороший доход для своих акционеров – а уже потом сообщать миру о вытекающих из этого положительных результатах. Хорошей ролевой моделью такого подхода служит «Майкрософт», который всеми силами боролся за прибыль и долю рынка. Позже Б. Гейтс решил распределить часть своего немалого богатства через свой фонд. Однако это было его собственное, честно заработанное состояние, а не невыплаченные корпоративные дивиденды.

Направление дальнейших действий

Компании должны продолжать концентрироваться на своей главной задаче: увеличении прибылей и предоставлении справедливого вознаграждения акционерам. Деятельность по СОК должна быть более транспарентной. Корпорациям стоит добровольно принять нормы раскрытия информации аналогично тем, которые используются при маркировке пищевых продуктов. Цены на товары должны указываться с разбивкой по пунктам для того, чтобы показать потребителям, насколько выше мировой цены они платят за субсидирование деятельности по СОК. Корпорации должны настаивать, чтобы организации «честной торговли» также публиковали проверенную отчетность о своей деятельности. Кроме того:
• Потребителей необходимо лучше информировать об истинных затратах и выгодах СОК.
• Акционеры должны призвать к ответственности советы директоров и требовать прозрачной отчетности о деятельности СОК.
• Политики должны прекратить использование СОК для того, чтобы уходить от принятия жестких бюджетных решений. Они должны финансировать ключевые государственные службы при помощи нормальных транспарентных процессов налогообложения, а не посредством выкручивания рук своим партнерам по корпорации.


ЛИССАБОНСКИЙ ДОГОВОР: ПОСЛЕДСТВИЯ ДЛЯ БУДУЩИХ ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУ ЕВРОСОЮЗОМ И СОЕДИНЕННЫМИ ШТАТАМИ

На слушаниях в конгрессе с сообщением о последствиях Лиссабонского договора для США выступила старший эксперт по европейским проблемам Центра свободы имени М. Тэтчер Фонда «Наследие» С. Макнамара.


Негативные внешнеполитические последствия для Соединенных Штатов

Как и в отношении предыдущих договоров Евросоюза, только один конкретный раздел Лиссабонского договора объявляется принципиально важным для дальнейшей европейской интеграции. Для Единого европейского акта это было возникновение единого рынка, в случае Маастрихтского договора - создание единой европейской валюты. Главным достижением Лиссабонского договора, несомненно, станет приобретение Евросоюзом властных полномочий в сфере внешней и оборонной политики. Это жизненно важно для реализации амбициозного замысла ЕС стать первой в мире наднациональной сверхдержавой.
Евросоюз хвастается тем, что Лиссабонский договор обязывает страны-участницы выступать единым фронтом в вопросах внешней политики. Теперь Брюссель как единый субъект права может подписывать международные соглашения от имени всех государств союза. Согласно договору, официально отменяется базовая структура Евросоюза, которая предусматривала ведущую роль национальных государств в иностранных делах. Брюссельские элиты утверждают, что теперь у Европы «один номер телефона».
Все это могло бы звучать заманчиво для Соединенных Штатов, которые давно призывают Европу взять на себя более весомое бремя ответственности за глобальную безопасность. Однако есть все основания рассматривать то, что произошло, как предостережение относительно будущего.
Еще до подписания Лиссабонского договора Евросоюз располагал обширным арсеналом санкций в рамках «Общей внешней политики и политики в сфере безопасности», но постоянно предпочитал не прибегать к ним. ЕС последовательно разрушал планы ужесточения санкций в отношении Ирана и служил для Тегерана «оборонительным шитом» от США. В 2007 г. Евросоюз официально отменил собственный запрет на поездки жестокого диктатора Зимбабве Р. Мугабе и приветствовал его визит в Лиссабон. В Афганистане ЕС играет незначительную роль, осуществляя задачи обучения полицейских. Парламентская ассамблея НАТО подвергла критике эту миссию как мелкую, недостаточно финансируемую, медленно развертываемую, негибкую и ограниченную пределами Кабула.
Провал Евросоюза в урегулировании конфликта между Россией и Грузией особенно наглядно продемонстрировал ограниченность ЕС как региональной силы. Председательствовавший тогда в ЕС Николя Саркози проявил инициативу посредничества после незаконного и безнравственного вторжения России в августе 2008 г. Несмотря на нарушение договоренности о прекращении огня и передел Россией границ при помощи силы, президент Саркози продолжал с неприличной поспешностью добиваться восстановления «обычных отношений» между Россией и ЕС. Это делалось без каких-либо официальных переговоров с НАТО, которая приостановила все дипломатические контакты высокого уровня с Россией. Любопытно совпадение, что в разгар кризиса на Южном Кавказе Евросоюз подписал с Москвой соглашение о приобретении российских вертолетов для миссии ЕС в Чаде.
Способность Лиссабонского договора удерживать участников ЕС от самостоятельных действий также должна вызывать озабоченность Вашингтона. В соответствии с этим договором, страны-участницы ЕС теперь обязаны учитывать позиции других членов перед тем, как предпринимать международные акции, и убедиться, что их решения идут в русле интересов ЕС. Наделение Евросоюза компетенцией подменять собой автономию национальных государств в сфере внешней политики, например, в отношении решения о присоединении к какой-либо военной акции Соединенных Штатов, серьезно ослабит способность союзников США в Европе поддержать Америку в случае необходимости. Это приведет к изоляции Соединенных Штатов, которые окажутся перед лицом враждебной организации, служащей противовесом американской «гипердержаве».
Лиссабонский договор представляет собой величайшую угрозу национальному суверенитету государств Европы со времен второй мировой войны. Он размывает правовой суверенитет европейских национальных государств и передает власть в руки не избираемых и неподотчетных бюрократов и чиновников дипломатических ведомств, далеких от интересов стран-участниц. Он дублирует роль и функции НАТО, отдаляет Америку от Европы и разрушает концепцию неделимой безопасности, которая обеспечивала мир в Европе в течение 60 лет.

Угроза особым англо-американским отношениям

Институциональные и политические ограничения, навязанные Лиссабонским договором, серьезно подорвут способность Великобритании создавать международные альянсы и независимо определять свою внешнюю политику. Это нанесет серьезный урон прочному союзу Великобритании с США.
Часто утверждается, будто Соединенные Штаты могут заставить Евросоюз прислушаться к их голосу благодаря особым отношениям с Великобританией. Однако суверенитет нельзя обменять на влияние. По данным газеты «Таймс», увеличение Евросоюза в размерах произошло за счет утраты его эффективности.
Существенную потерю в суверенитете для стран-участниц представляет введение голосования квалифицированным большинством в 40 новых областях и отмена права Великобритании блокировать наиболее вопиющие аспекты политики ЕС. Например, французский президент Саркози успешно исключил из Лиссабонского договора положение о приверженности Евросоюза свободной и честной конкуренции. Предпринимая этот шаг, Саркози даже не пытался скрыть своих намерений. «Слово «протекционизм» перестало быть табу», - сказал он. «Интернэшнл гералд трибюн» уже писала о Евросоюзе как о «глобальном антимонопольном регулирующем органе». Лиссабонский договор подтверждает отход ЕС от англо-американской экономической модели свободного рынка в направлении этатистской и склеротичной рейнской модели.
Жизненно необходимо, чтобы Соединенные Штаты признали ценность отношений с надежными союзниками на двусторонней основе. По проблемам международных отношений, обороны, безопасности, правосудия и внутренних дел, включая сотрудничество в войне против терроризма и обмен разведывательной информацией, двусторонние отношения особенно важны для Соединенных Штатов. В своем желании сформировать Соединенные Штаты Европы ЕС проводит политику, которая ограничивает возможности США по созданию традиционных союзов. Замена независимых европейских союзников единым министром иностранных дел неизбежно будет означать, что американские интересы не станут приоритетными в принципиальных дебатах.

Заключение

Европе не нужна конституция. Евросоюз – это не Соединенные Штаты Европы, а группировка из 27 национальных государств со своей культурой, языками, историческим наследием и национальными интересами. Евросоюз функционирует лучше всего как экономический рынок, который облегчает свободное движение товаров, услуг и людей. Он значительно менее успешен как политическая единица, которая пытается заставить страны-участницы соответствовать искусственной общей идентичности. Лиссабонский договор значительно приблизит Европу к французской концепции протекционистского интегрированного Евросоюза, а не к британскому видению межгосударственной Европы, основанной на свободе торговли. Он нанесет огромный ущерб американским интересам в Европе. Вопреки всем демократическим традициям в этот договор можно вносить поправки, расширяющие полномочия, не предусмотренные другими договорами Евросоюза.

Комментариев нет: