среда, 27 января 2010 г.

КОНТРОЛЬ НАД ВООРУЖЕНИЯМИ: АДМИНИСТРАЦИИ ОБАМЫ ТРЕБУЕТСЯ НОВАЯ СТРАТЕГИЯ

Сотрудник Центра внешнеполитических исследований им. Эллисонов Фонда «Наследие» О. Грэм напоминает, что в конце января в Москве побывали советник по национальной безопасности Дж. Джоунс, председатель Комитета начальников штабов адмирал М. Муллен и заместитель госсекретаря по контролю над вооружениями и проблемам международной безопасности Э. Таушер. Их целью было способствовать завершению переговоров о соглашении-преемнике Договора об ограничении стратегических вооружений (СНВ-1).
К сожалению, очевидно, что договор-преемник, заключение которого запоздало на два месяца, не сможет адекватно обеспечить проверку договоренностей, модернизацию ядерного оружия и потребности ПРО США и скомпрометирует национальную безопасность Соединенных Штатов. Спешка администрации Обамы с этим договором с целью продвижения к «нулю» (т.е. миру без ядерного оружия) наносит вред процессу контроля над вооружениями. Соединенным Штатам нужна другая стратегия.
Сейчас Соединенные Штаты оказались в неясной ситуации. Администрация Обамы не смогла завершить новый вариант договора об СНВ к установленному сроку - 5 декабря 2009 г. Это было вызвано чересчур амбициозными целями и нереалистичными сроками. Более практичным было бы сосредоточить переговоры на подписании протокола по проверке и транспарентности в дополнение к Договору о сокращении стратегических наступательных потенциалов 2002 г. (Московский договор), который остается в силе до 2012 г. Вместо этого администрация потратила первую половину прошлого года на переговоры о «взаимном понимании» в вопросе о сокращении стратегического арсенала каждой из сторон.
Перед истечением срока действия договора СНВ 5 декабря Москва и Вашингтон выступили с кратким заявлением, что для «поддержания стратегической стабильности» Соединенные Штаты и Российская Федерация обязуются «работать вместе в духе договора СНВ». Однако в связи с тем, что договор и его положения о контроле и транспарентности утратили силу, это обещание не имеет правого значения.
Нынешняя ситуация вызывает особое беспокойство с учетом конституционной роли сената США в одобрении международных договоров. Могут пройти долгие месяцы, прежде чем преемник старого договора будет ратифицирован. Например, на ратификацию договора СНВ 1991 г. в сенате ушло 429 дней. Любая попытка администрации США придерживаться отдельных положений договора будет означать действия, в отношении которых не существует юридических обязательств. Это также будет означать действия в обход сената США.
Концентрируясь на сокращении стратегического арсенала, США частично потеряли свои переговорные позиции в вопросе о проверке. Например, когда срок действия договора истек, Соединенным Штатам пришлось покинуть пост мониторинга российских вооружений и мест въезда и выезда на соответствующие военные промышленные предприятия в российском Воткинске. Согласившись покинуть этот пост, Соединенные Штаты не смогут осуществлять мониторинг производства российской дестабилизирующей мобильной МБР «RS-24» с боезарядами индивидуального наведения на цели. Из открытых источников известно, что к 2016 г. эта ракета станет основным вооружением российских стратегических сил.
Заместитель госсекретаря Таушер заявила, что Россия не согласилась с предложением США об обмене техническими данными об испытаниях наступательных ракет. Обмен подобной информацией по условиям договора СНВ способствовал укреплению доверия и понижал неуверенность относительно возможностей ядерного оружия другой стороны. После удаления американских наблюдателей с завода в Воткинске российская сторона, судя по всему, использует договор-преемник СНВ как средство кодификации более низких стандартов проверки.
Законодатели обеспокоены возможными уступками, которые прямо или косвенно могут быть связаны с новым договором. Кремлевские источники утверждают, будто Москва считает, что имеет преимущества на переговорах, так как договор-преемник более важен для Соединенных Штатов, чем для России. Судя по всему, спешка, с которой администрация Обамы стремится к «нулю», и ее уступки по инициированному президентом Бушем созданию позиционного района ПРО в Европе и исключению нестратегического оружия из нового договора, лишь усугубят такое впечатление. Действия Вашингтона лишь сделали переговорную позицию Москвы более агрессивной. Американские законодатели обеспокоены возможностью новых уступок со стороны Соединенных Штатов.

Ядерная модернизация

16 декабря 41 американский сенатор выразил озабоченность в своем письме, обещая препятствовать ратификации нового договора, если он не будет включать конкретные планы ядерной модернизации США, которая предусмотрена законом о расходах на национальную безопасность на 2010 финансовый год. В письме говорится: «Мы не верим, что дальнейшее сокращение вооружений отражает интересы национальной безопасности Соединенных Штатов в отсутствие значительной программы модернизации нашего ядерного оружия сдерживания». Большое число сенаторов, выступающих против уступок со стороны нынешней администрации, сомневается, действительно ли новый договор способен получить 67 голосов, необходимых для его ратификации.
Некоторые сторонники контроля над вооружениями утверждают, что у Соединенных Штатов имеется полноценная программа модернизации. Это утверждение ошибочно. Действительно, многие американцы, судя по всему, считают, что ядерный арсенал США находится в отличном состоянии и не является проблемой для национальной безопасности страны. К сожалению, правда в том, что ядерная инфраструктура Америки быстро устаревает и сильно ослаблена. Пентагон из последних сил пытается сохранить ее надежность и эффективность. Соединенные Штаты не производят нового ядерного оружия, а группировка МБР сокращается и не модернизируется. В противовес этому Россия и Китай осуществляют крупномасштабную модернизацию.
Российский премьер Владимир Путин в своих недавних заявлениях раскрыл, насколько серьезно Россия относится к модернизации ядерного оружия. Например, он увязал новый договор с противоракетной обороной и заявил, что Россия должна разрабатывать новое наступательное оружие, способное преодолеть американскую ПРО. Такое высказывание неудивительно в свете того, что при Путине Россия активно осуществляла модернизацию своего ядерного арсенала и повысила роль ядерного оружия в национальной стратегии и военной доктрине.
Российская военная доктрина предусматривает сильную приверженность модернизации ядерного оружия, более низкому порогу его применения, опоре на нанесение первого удара и развертыванию нескольких тысяч тактических ядерных вооружений, запрещенных предыдущими российско-американскими соглашениями. Важно также и то, что в основе этой доктрины - восприятие Соединенных Штатов и НАТО как главной угрозы для России. Более того, особую озабоченность вызывает готовность России к использованию ядерного оружия первой в локальных конфликтах. Об этом заявил секретарь Совета национальной безопасности России Николай Патрушев.
Опасность на нынешних переговорах состоит в том, что в новом договоре СНВ эти аспекты ядерного потенциала России не будут адекватно учтены, что фактически узаконит ее враждебную позицию в отношении США и их союзников.

Рекомендации в отношении договора-преемника СНВ

Для защиты интересов США администрация Обамы должна сделать следующее.
• Заставить Москву пересмотреть сущность своего ядерного потенциала, основанного на способности угрожать или устрашать Соединенные Штаты и их союзников, в принципиально более оборонительном направлении.
• Представить план модернизации ядерного комплекса США, который был бы достаточен для поддержания эффективного ядерного арсенала. Обеспечить адекватную проверку выполнения нового договора. Нет абсолютно никаких разумных оснований торопиться с подписанием договора, если механизмы контроля отойдут на второй план.

Комментариев нет: