понедельник, 2 февраля 2009 г.

Что было на неделе (26 января - 1 февраля)

Что происходит в Кремле и вокруг него

Прошедшая неделя дала богатую пищу для размышлений и пересудов среди кремленологов как внутри России, так и за ее пределами. Власть – президент Дмитрий Медведев и премьер Владимир Путин - подавала целый ряд сигналов, которые можно было интерпретировать и как попытки определенной либерализации внутренней политики, и как проявления нарастающих разногласий между президентом и премьером.
Медведев отозвал из Госдумы представленные туда правительством поправки к Уголовному кодексу, которые серьезно расширяли толкования понятий «государственная тайна», «государственная измена» и «шпионаж». Они могли бы активно использоваться спецслужбами для борьбы с политической оппозицией, НКО, инакомыслием и просто любой критикой в адрес государственных чиновников. Теперь кремлевской администрации поручено "доработать" законопроекты для повторного внесения в парламент.
Кроме того, президент встретился с бывшим лидером СССР Михаилом Горбачевым и главным редактором «Новой газеты» Дмитрием Муратовым, которые считаются одними из наиболее последовательных критиков действий правительства. Медведев выразил соболезнование по поводу убийства адвоката Станислава Маргелова и журналистки «Новой газеты» Анастасии Бабуровой, что было воспринято в экспертном сообществе как признание политического характера преступления, возможно, осуществленного экстремистскими элементами.
Обратила на себя внимание и определенная мягкость правоохранительных органов в обращении с участниками антиправительственных демонстраций, которые состоялись в Москве в минувшие выходные под лозунгами критики антикризисных действий властей. Более того, в интервью с болгарскими СМИ Медведев четко обозначил за собой право критиковать Путина и его правительство, несмотря на тесные отношения между президентом и премьером. Это заявление было воспринято как попытка Медведева самоутвердиться в качестве единоличного лидера страны.
Примечательно и то, что, по заявлению источника в российском Генштабе, Москва прекратила реализацию плана размещения ракет «Искандер» в Калининградской области, вблизи польской границы, поскольку новый президент Обама не проявляет пока спешки с развертыванием американской ПРО в Восточной Европе. И хотя этих «Искандеров» пока вообще нет, это заявление интерпретируется в Москве как своеобразный сигнал доброй воли Кремля для новой администрации в Вашингтоне.
В свою очередь, Путин в выступлении на Мировом экономическом форуме в Давосе поразил участников небывало либеральными заявлениями. В отличие от своей обычной практики, премьер лишь мягко покритиковал США, зато сделал упор на ошибочности чрезмерного государственного вмешательства в экономику и слепой веры во всемогущество государства. У некоторых экспертов даже возникла мысль, будто в подготовке путинской речи участвовал его бывший советник, а ныне сотрудник американского Института Катона Андрей Илларионов.
Однако удивление по поводу путинской речи, в общем-то, неправомерно. Как показывает опыт, Путин обычно говорит аудитории то, что она желает от него услышать. Тема ограничения государственного вмешательства, безусловно, привлекательна для многих в Давосе и на Западе в целом. В условиях тяжелого экономического кризиса в России Кремль уже не может позволить себе постоянно бросать вызов Западу и вынужден прибегать к мимикрии. Либеральные заявления Путина в Давосе косвенно свидетельствуют о признании российскими властями того факта, что и внутри страны спрос на либеральную идею сохраняется.
Разумеется, преувеличивать значение заявлений Путина в Давосе не стоит. В неофициальных заявлениях там же, в Швейцарии, российский премьер, по сути дела, дезавуировал сам себя, дав понять, что такие сферы экономики, как самолетостроение, атомная промышленность, а также нефть и газ, не могут развиваться без прямого эффективного влияния государства. По мнению Путина, смысл ограничения государства – в том, что на него нельзя целиком перекладывать ответственность за проблемы частных компаний. А оно само вправе решать, кого поддерживать, а кого - нет. Эти оговорки радикально меняют смысл официального выступления Путина.
Что касается отношений между Путиным и Медведевым, то разногласия между ними, безусловно, существуют. Ни тот, ни другой не хотят жертвовать своей популярностью и брать на себя ответственность за тяжелые последствия кризиса. У каждого из них есть свои специфические преференции в деловой среде. Однако и преувеличивать эти расхождения не стоит. В конечном итоге, оба они принадлежат к одной команде и не могут не понимать, что нарастающий кризис серьезно угрожает их властным позициям. Им обоим важно не допустить перерастания недовольства населения в «цветную революцию». Того островка стабильности, как называли российские лидеры свою страну еще несколько месяцев назад, больше не существует. Кризис нарастает. Пределы валютного коридора, которые Центробанк две недели назад установил для рубля в расчете на несколько месяцев, были почти достигнуты на прошлой неделе, и обесценивание национальной валюты продолжается быстрыми темпами.
Президент и премьер, по-видимому, понимают, что без поддержки Запада России не обойтись. Поэтому задача улучшения имиджа России за рубежом вновь выходит на передний план. Отсюда, вероятно, и некоторые сигналы внутренней либерализации, и либеральная риторика за рубежом.

Комментариев нет: